"Мало..." 

Анна Романова

Знаете, мне всегда было мало. Мало времени, мало денег, мало любви. Всегда и всего мало, постоянно, 24 часа в сутки. Это как голод, нет, не убивающий истощением голод, а скорее всего просто мучающий, издевающийся. Наверное, это так, поскольку я не умерла в тот день, не упала с открытыми глазами на асфальт и не затмила солнце светом неоновых афиш с надписью "мало", выведенной на моих темно-зеленых зрачках. Нет, всего этого не было. Я просто стояла столбом и смотрела, смотрела широко раскрытыми, одурманенными глазами. Не замечая свалившегося с плеча рюкзака, назойливого дерганья не менее назойливой подруги за рукав куртки, недоверчивых взглядов прохожих и впиваясь посиневшими от боли пальцами в только что купленный "Хазарский словарь" Павича. Даже если бы мимо прошел человек с зажигалкой вместо головы, никакой реакции с моей стороны не последовало. А она просто прошла мимо, задумчиво глядя себе под ноги, обдала запахом Kenzo и скользнула взглядом по моим не чищенным ботинкам. Сейчас думаю, что посмотри она еще и на меня, то обморок уж точно оказался реальностью. Но благо этого не произошло, хотя случилось кое-что намного серьезней. Выстрел. Выстрел не в сердце, даже не в голову. Как ни странно я ощутила его где-то в районе давно не кормленного живота. Живот жалобно урчал, а она успела отойти на довольно приличное расстояние и сесть в пойманную машину. 

Прошло два месяца, наступила моя очередная днюха. День конечно отвратный, но раз все радуются или хотя бы делают вид, что радуются, следовать их примеру пришлось и мне. День выдался жаркий, в ушах стоял постоянный звон от летавших мимо мух, а убивать их не было никаких сил. К середине дня хотелось только одного - просто лечь и вырубиться, а проснувшись спокойно заняться своими личными делами, не надо будет готовить, убираться, слушать бесконечной гам совершенно незнакомых родственников,  натянуто улыбаться и поражаться "насколько же я выросла и вообще как же быстро летит время. Совсем недавно вот такая вот была, а теперь..." Но до спасительного 22 июля оставалось еще целых 12 часов и волей-неволей мне предстояло все это выдержать. Часам к 6 собралось уже достаточное количества родственного народа и все они беспрестанно галдели, верещали, занимались полной ерундой и слава богу думать обо мне забыли.
А именинница, услышав новый звонок, открывала с той же фирменной улыбкой, с трудом борясь с желанием захлопнуть эту чертову дверь прямо перед очередной улыбающейся физиономией.
Время шло, а уже хотелось выть и на стенки лезть. К счастью делать этого не пришлось - квартира сама собой опустела после того как закончился весь наш спиртной и продуктовый запас. Выдраив всю оставшуюся посуду,  наконец прикоснулась головой к заветной подушке, но тут... ЧЕРТ!... звонок, на этот раз телефонный. Нет, подходить не стану, пошли они все. Десятый звонок. Пятнадцатый. Ууууу, хоть вешайся.
- Алло.
- Привет Эдь! Пируешь? знаю что пируешь, да. Мы тут эта, ну в клуб собрались, эээээ может с нами а? 
- Ну я...
- Чего? Ну пошли а, обещаю нескушно будет.
- Ну ладно уговорила, ты заедешь?
- Да через час, чтоб ждала на пороге с цветами и одетая.
- Мда, у меня днюха, а я ей цветы дари, давай, жду.
Теперь надо глотонуть кофе и привести себя в мало-мальски приличный вид. Проходя мимо зеркала, на секунду заглядываю в него и тут же отворачиваюсь. Навратиловооооооо. С небольшими мешками под глазами замечательно сочетается недавно полученный во время игры в баскетбол маленький синяк  на скуле. Да, и кому я такая красивая достанусь?((((((((
Через час, уже трясясь по разбитым, доставшимся от светлого коммунизма дорогам, понимаю, что не выключила комп. Огорчительно, но радуюсь, что комп - не утюг. Вот и "долгожданный" клуб, опять одна гейская голубизна, море пьяных и неожиданных знакомых. Но тут... Снова сшибает наповал знакомый и уже порядком надоевший и прискучивший запах все того же вечного Kenzo. Оборачиваюсь, да, точно она. Как ни странно за все время нашей первой так сказать встречи, я ее не то что почти не вспоминала, я просто думать о ней забыла. Но тут... Знакомая сладкая боль в животе и неконтролируемые на автомате движения. Роняю бутылку на пол и на ватных ногах подхожу к ее столику. "Можно вас..." Непонимающие, насмешливые глаза, затем легкое прикосновение к руке и вот я уже обнимаю ее на танцполе под звуки совершенно незнакомой мелодии. Не помню, сколько длился этот полет, но она вдруг исчезла, а на меня обрушился поток эмоций и мнений всего моего окружения. "Ну, блин..." "Мда, она же старше тебя лет минимум на десять, а то и..." "Совсем бешенная белочка!"
Вся следующая неделя проходит как во сне: ничего не понимаю, никого не слышу, ночами смотрю на небо с крыши, позорю луну и ненавижу солнце. Очнулась только когда поняла, что ужасно хочу к воде. Долго сижу на берегу, потом иду в кино, смотрю фильм "Ни о чем", снова возвращаюсь на берег и застываю... 
- Чего стоишь? Глаза шюришь. Не узнала что ли?
На этот раз от нее не пахло Kenzo, только какими-то дикими благовониями, песком. Молча сажусь рядом и безучастно смотрю на Волгу. Что бы сказать?
Черт!
- Зовут-то тебя так?
- Ааааа.... ну Эдька я.
- Понятно, - снова ухмылка и взгляд из-за плеча. Глаза у нее карие с зелеными крапинками в середине, - Павича любишь? - "...девушка со следами улыбки на губах и следами ветра в слезах..."
В тот день мы исколесили всю набережную, разговаривали о всякой ерунде, со временем насмешливая улыбка слетела с ее губ и по правде говоря мне стало намного легче. Она курила как паровоз, могла наесться мороженого, а потом без устали дуть пиво. 
Утро.
Солнце закатилось в комнату целиком. Закрытые глаза привыкли к нему и сине-оранжевые разводы теперь зеленеют и даже пестреют. Пора приоткрыть полглаза и встретить светило. Да и роговица от любопытства уже сходит с ума. Но лень, до чевг же лень. Делаю первое корявое движение - хочу дотянуться до нее.
Потрогать. Что-то щелкнуло в локте. Кончики пятерни касаются ее. Спит. И мне не ясно, что это я тронула. Ах, ну да... чуть выше бедра, скольжу вверх - считаю ребрышки, плечо, шея...
- ты не спишь?
- Не, не сплю...
- А чего?
- Так ведь ты ж не спишь
- А откуда ты знаешь, что я не сплю?
- А ты храпишь, когда спишь.
- Я храплю?!
- Да, ты храпишь!
- Да, милая, ты храпишь!
- Что правда, - я почти вскакиваю, Она смеется.
- Да, ты ужасно громко храпишь. Вот так вот: хххххххххххххрррррррррррр...
- Не правда! я ни капельки не храплю!!!
Она смеется и кусает меня в плечо. Потом поворачивается ко мне спиной и всем абрисом своего змеиного тельца вплетается в меня. Мы сошлись точь-в-точь. Теперь точно - одно. Перекидываю руку ей через плечо и еще крепче жму к себе. Дышу ее волосами. нежность и свежесть. Вот теперь я чуть приоткрыла глаза. На солнечном фоне - ее профиль. И сразу слепну.
- Ну что? Доброе утро, храпун...
- Кто храпун?! Я храпун?!
- Ты, ты..
И снова закрывается глаз. Шуршит одеяло. Она встает. И я тихо прислушиваюсь к каждому полудвижению. "Вжить" - соскользнула с простыни. Потопала ступнями по паркету. Щелкнула дверь. Заиграла вода. "Хрясь, бум, вжи" - это уже с кухни. А потом ошеломляюще запахло кофе. Потом возвращается из душа, я сижу на подоконнике. Зарывается лицом мне в волосы.
- Чего молчишь?
- Ты меня украла.
- У кого? - в голосе нет ни грамма изумления.
- У меня.
- Балда. Иди, тебе на работу пора. Вечером встретимся возле художки.
Смеюсь, - Как скажешь.
На работе смотрю на часы каждые 10 минут. Потом хватаю рюкзак и плейер, сломя голову бегу ловить машину. Проезжаю мимо большого скопления людей. Выхожу из машины.

6:10 Начинаю нервничать. Где же она? Черт, а чего эти то разорались? Поворачиваю 
голову к скоплению людей возле тротуара. Нет. В десяти шагах от них валяется ее сумка. Нет же. Наверное чья-то... Подползаю на негнущихся ногах. О, господи, нет. Вижу бледное, опустошенное лицо, которое еще утром я целовала на которое не могла насмотреться. Наклоняюсь.
Шепчу: "Нет, пожалуйста, я с тобой, все будет хорошо, я.... я тебя люблю". Она больше не слышала,  говорила только, что холодно, даже не плакала. Сжимала мою правую руку, всю в крови. Приехала  скорая. Я всю дорогу не выпускала ее руки, молча смотрела на нее и не понимала как так... Ведь все только начиналось. Она прожила еще часа три. Потом я поцеловала ее еще теплые губы иашла... "Хых, Храпун..."